13:40
Знакомые обелиски. Все о войне Николая Погадаева
О судьбах земляков, вплетенных в историю страны. О защищавших Ленинград.

Все послевоенные десятилетия Николай Михайлович Погадаев работал на ремонтно-механическом заводе. Вернувшись с фронта, стал поначалу электрослесарем, потом мастером, 17 лет был на посту главного энергетика предприятия, возглавлял коллектив электромеханического цеха. Так в труде, в гуще людской, и пролетели годы. Бывший фронтовик поседел, стал все чаще вспоминать боевую молодость. И как только вышел на пенсию, поехал по местам боевых сражений.

В Ленинграде разыскал совет ветеранов своей 286-й стрелковой дивизии, а затем кое-кого из однополчан. Вскоре с Геннадием Федоровичем Красновым, бывшим командиром батареи, поименно вспоминали друзей, погибших и живых, и те неимоверно трудные времена, кровопролитные ночные бои под Погостьем, когда 2-я ударная армия выходила из окружения в районе Мясного Бора и оказалась почти по соседству с ними...

В Асбесте семья Погадаевых жила на улице Милицейской, которая давно снесена. В 1941-м отец, Михаил Лаврентьевич, работал забойщиком, брат, Иван, служил действительную в Белостоке, а он, Николай, после школы ФЗУ был электриком на второй фабрике. В те годы не лелеяли подростков, как теперь, может, потому и не стояла так остро проблема "трудных".

Придя с ночной смены, семнадцатилетний паренек получил повестку - явиться в горком комсомола. Все случилось так быстро, что Николаю не удалось даже попрощаться с родными. На сборном пункте новобранцев сразу же обмундировали...

В начале сентября он, как и все политбойцы (так их тогда называли), ехал в эшелоне в сторону Вологды, асбестовцы Афанасий Жезлов, Николай Доможиров, Василий Себянин держались вместе. На станции Волховстрой попали под массированный обстрел с воздуха. Самолеты с черной свастикой на бреющем полете строчили из пулеметов. Так Погадаев впервые увидел войну.

Оттуда пешим строем двинулись к Ленинграду. Вскоре Николая назначили орудийным номером: работа несложная - подноси снаряды, заряжай, да поживее. Батарея то и дело меняла позиции и окапывалась. И лишь в октябре была выведена на прямую наводку. Тогда сразу и убило командира взвода, командира орудия. В условиях боя не по дням, а по часам взрослел безусый солдат. Как опытного его ставят наводчиком, а через несколько месяцев - командиром орудия. Сколько раз погибали парни из его расчета, ему пока везло...

- Потом,- вспоминает ветеран,- сформирован был 1-й дивизион, вот тогда-то появился у нас Краснов, с которым более 40 лет спустя встретился в городе Ленина.

Из Ленинграда Николай Михайлович поехал в Новгород, где когда-то базировалось левое крыло их Волховского фронта. С сердечной грустью и волнением долго стоял у мемориала, воздвигнутого в честь соединения, освобождавшего этот старинный русский город.

Первой на граните значится 65-я стрелковая дивизия, в составе которой воевало немало асбе-стовцев: Михаил Максимович Больных, Александр Егорович Лисицын, отец братьев Погадаевых...

Посетил ветеран и захоронения в Мясном Бору, в деревне Пахотная Горка Савинского района. В одном списке значилось несколько его однофамильцев. Но вот и инициалы погибшего отца -М. Л. Погадаев. Сын долго стоял, скорбя и вспоминая дорогого человека. Мысленно он благодарил людей, соорудивших мемориалы, которые увековечивают имена павших фронтовиков.

С трудом, но все же Николай Михайлович отыскал место, где находилось правое крыло их фронта - на рубеже реки Назия. Места совершенно неузнаваемы. Когда-то здесь была железнодорожная станция, теперь лишь остановка для ленин-градцев-дачников. Именно тут, у реки, дралась 286-я стрелковая дивизия. Деревни, где проходили боевые действия, не возродились, люди сюда не вернулись: слишком глубокие раны нанесены земле. Чудом уцелели лишь два дома (в одном в войну останавливался представитель Ставки маршал К. Е. Ворошилов, в другом располагался госпиталь).

Отметил фронтовик и ту самую высоту, где их дивизия занимала противотанковую оборону. Дальше нее противник не прошел.

На братском кладбище станции Назия покоится прах его бывших товарищей. К тем, чьи имена значатся в списках, приезжают родные, выставляют фотографии, кладут букеты живых цветов. Но, к сожалению, это захоронение в стороне от больших дорог и потому не производит в отличие от других впечатления ухоженности.

Как бы то ни было, но поездку Н. М. Погадаев считает удачной. Уже будучи дома, в Асбесте, смотрел и слушал своего однополчанина - полковника в отставке Г. Ф. Краснова по Центральному телевидению. Узнал, что в городе Шексна Вологодской области сооружается памятник в честь их 854-го артполка.

Четыре года войны. Какими длинными они были! В конце 43-го Погадаева отозвали с передовой в артиллерийское училище, а в начале 1945 года младший лейтенант, командир огневого взвода воевал на 1-м Белорусском фронте, дрался с фашистами в районе городов Франкфурт-на-Оде-ре, Торгау и вышел к Эльбе, где встретился с союзниками.

Запомнилось ему, что американцы в отличие от наших солдат и офицеров очень любили и, надо сказать, умели торговать. Торговать с кем попало сигаретами, жевательной резинкой, шоколадом, авторучками. Ради выгодного сбыта они не только переплывали Эльбу на лодках и катерах - перелетали на самолетах.

Вот, пожалуй, и все о войне Николая Погадаева. Остается добавить, что до сих пор он носит в себе осколки (три крупных военные хирурги извлекли сразу же).

Из Альманаха "Память сердец" (Составитель А. Попова) 2000г.

Фото из открытых источников
Обнаружили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter.
Дополнительно по теме
Категория: История в судьбах | Просмотров: 37 | Добавил: drug6307 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
Новости от партнеров